Анатолий Матвиенко (beltolik) wrote,
Анатолий Матвиенко
beltolik

О переименовальческом идиотизме

Приезжающие в Минск иностранцы, а большинство из них – россияне или иные русскоязычные, обращают внимание на диковатые надписи около названий станций метро. Вообще, в простом минском метрополитене (всего две ветки и единственная пересадочная станция) приезжему ориентироваться трудно.

Действительно, все названия станций переименованы на мову. Например, станция «Восток» теперь «Усход». Но она – на северо-востоке, а не на востоке города. В коммунистические годы, когда был построен район, давший название станции, слово «Восток» неразрывно ассоциировалось с Россией, Москвой, космической капсулой «Восток» Юрия Гагарина. Именно через микрорайон «Восток» центральный проспект столицы убегает к Московскому шоссе.

Корни переименовальческого идиотизма уходят в начало 1990-х годов. Самодостаточная культура, независимая экономика, взвешенная внешняя политика – всё это было слишком сложно для политических дилетантов, прорвавшихся к штурвалу государства. А показать фигу россиянам (заодно – всему миру), понастроить границ, проявить некую оригинальность, вроде как суверенную национальную особенность, для этого ума не требовалось.

Искусственное принудительное насаждение мовы вызвало резкое отторжение данной политики у множества граждан, к национальной культуре и мове ранее вполне лояльных, что породило целую цепочку исторических событий.

В топонимике, надо сказать, с советского времени досталось много несуразностей. Во всяком случае, никак не украшали улицы трасяночные названия вроде «Жалезнадарожная». Трасянка прочно засела в именах собственных. Более 100 лет существует газета «Звязда», так долго, что слово «звязда» вместо «зорка» впору делать языковой нормой в белорусском.

После референдума, проведение которого оппозиция не устаёт вменять в вину Лукашенко, два языка признаны государственными: общеупотребимый и уникально-национальный. Они вроде как равны, но мова – сверхравная.

Ладно бы, ещё в литературе, в СМИ на поддержку мовного денежные средства тратятся значительно легче, чем на русскоязычное, нужно поддерживать ростки уникально-национального, спору нет. Но в топонимике это выглядит, как минимум, глупо. Латинские извращения доводят ситуацию до абсурда.

Наименования станций метро на латинке, дублирующей нормативный белорусский, способны скорее дезориентировать, нежели помочь что-то найти. С точки зрения пропаганды мовы они только отталкивают.

Что такое вообще это за зверь – белорусская латинка? Краткий исторический экскурс показывает, что ей пользовались очень мало. Когда русский язык Великого княжества Литовского, поглощённого Польшей, исчез, распавшись на сельские диалекты местного применения, о нём более чем через сотню лет вспомнили польские террористы, включая незабвенного Винцента Калиновского (мошенник Ластовский переименовал его в Кастуся). И так как русская письменность ВКЛ сгинула вместе с устным языком, поляки писали антироссийские агитки вроде «Мужицкой правды» на сельском диалекте Гродненщины, естественно – используя польский алфавит, содержащий ряд дополнительных значков по сравнению с латинским или английским. Позже выходил латинский вариант «Нашей нивы», только латиница существенно отличалась, появились значки, заимствованные из чешского языка, V вместо W (поляки пишут Warszawa в названии своей столицы и вообще не употребляют V). Удивляться нечему, если нет единого языка у какой-то территории или народа, нет и единых правил, нет грамматики, каждый говорит и пишет что хочет, лишь бы было как-то понятно соседу.

Русский язык ВКЛ, реанимированный просветителями под названием беларускай мовы, в латинском написании не нуждался, он лучше лёг на кириллицу. «У нескаладовае», пожалуй, единственный символ, отличающийся от русского алфавита и передающий специфический звук. Если в украинском буквы «И» и «i» соответствуют различным звукам, то в белорусском использование обычного «И» ничего бы не убавило и не прибавило… Но нужно же чем-то отличаться от расейцев! В общем, игрища в нацособенности на пустом месте были в чести и сто лет назад.

Без белорусской латинки прекрасно обходились и вдруг вспомнили. Зачем? Она ведь нам – как козе баян. А потому что не пропало желание отличаться. Не можем обойтись без российских энергоносителей и российского рынка сбыта, так давайте заявим об отказе от кириллического алфавита. Выпендримся и зайдёмся восторгом от собственной смелости – вот как мы русских уделали! К счастью, так рассуждает меньшинство, но это меньшинство шумное, крикливое, назойливое и периодически проталкивает свои идеи.

Аналогичную «смелость» ни с того ни с сего продемонстрировали казахи, декларировав отказ от кириллицы и переход на латиницу. То, что дикие степи и дикие кочевые народы получили письменность на национальном языке, и в том заслуга русских «оккупантов», вдруг решено было забыть.

Беларусь, по моим ощущениям, самая русскоязычная страна на свете. В России огромный процент жителей из числа нацменьшинств, а также приезжих с Кавказа и республик Средней Азии употребляет в быту свой язык. Конечно, русский в той или иной степени стараются выучить все.

Сколько белорусов применяют мову в быту, то есть пользуются этим языком как основным, сказать сложно, цифры очень противоречивы. Некоторые источники дают крайне оптимистический результат – порядка 23% беларускамоўных, хоть и самые большие оптимисты отмечают неуклонное снижение доли белорусскоговорящих. Я сужу по косвенным признакам, и они свидетельствуют, что реальная ниша мовы не превышает единиц процентов. Сайты Байнета – преимущественно русскоязычные. На популярных коммерческих двуязычных, таких как tut.by, доля мовного контента исчезающе мала, скорее всего – из-за мизерного спроса. На мове выпускается около 17% белорусских книг, что составляет крохотную долю белорусского книжного рынка, до краёв наполненного изданной в России литературой. Пять, максимум шесть процентов – такова употребимость мовы среди белорусов. Кроме того, часть из них в действительности говорит на трасянке, в которой сохранена только белорусская фонетика, а лексика – преимущественно русская.

Давайте признаем, наконец, что основной язык белорусской нации – это наш национальный язык, русский. Пусть не уникальный, на нём говорит Россия и значительная часть других стран СНГ. И мова – тоже национальный. Не просто два государственных, а два национальных. Так сложилось.

Я сейчас абстрагируюсь от вопроса о необходимости укрепления позиций мовы и путях такого укрепления, дело – важное, нужное, не поспоришь. Но давайте немного подумаем о насущных нуждах и белорусов, и приезжающих в нашу страну.

Вот простой пример. Человеку сказали – поверни на дороге по указателю «Кирпичный завод». Он проскочил поворот, хоть туда и показывал GPS-навигатор, потому что на указателе значилось «Цэглавы завод». Ну почему не продублировать по-русски?!

Почему в метро устная и письменная информация звучит на языке 6% населения и иностранном языке, в то же время на языке абсолютного большинства белорусов – нет? Минчанам всё равно, наше микроскопическое метро мы и так знаем наизусть, а над приезжими поиздеваться – хлебом не корми! Ну и белорусская латинка, нерукотворным памятник польским сепаратистам 1863 года, поднятым на вилы белорусскими мужиками, не согласными снова жить в Польше… Очень, очень нужная штука, как без неё жили? Смею напомнить, что метрополитен у нас государственный, сиречь – общенародная собственность. Так может хватит издеваться над народом? Спасибо, диктор в метро по-английски говорит, язык Альбиона сейчас почти все понимают, это же не белорусская латиница. А то, что люди проезжают станции, не разобравшись в названиях из-за извивов в чьём-то националистически ушибленном сознании, руководству метрополитена, выходит, наплевать, никто ни за что не отвечает.

На упомянутом портале tut.by размещена статья о гродненской топонимике. Естественно – написана она преимущественно по-русски, по упомянутой выше причине. Называется: «Па праспекце братоў Луцкевічаў — на плошчу Каліноўскага». В Гродно презентовали необычный путеводитель». Один из фигурантов статьи мечтает: «Аднойчы мы зноўсустрэнемся ў Гародні і, хтоведае, можа тады пройдзем па праспекце братоў Луцкевічаў, пройдзем праз завулак Грыкоўскага, а адтуль па вуліцы Слуцкіх паўстанцаў – кааб выйсці на плошчу Каліноўскага».

Ребятки, а вы у самих гродненцев спросили, хотят ли они жить на улице имени польского террориста или фашиствующих подонков, массово истреблявших сельчан юга Беларуси в дни так называемого «Слуцкага збройнага чыну»? Я всё же надеюсь, что жители Гродно – люди адекватные и не допустят ерунды.

Завершаю. Обратите внимание на белорусскую национальную одежду. Собственно, как и на национальные костюмы любого другого народа. Они, в первую очередь, удобные. Соответствуют и национальному характеру, и климатическим условиям. Словом, есть объективные факторы. Попытка навязать что-то искусственное, несвойственное, неудобное в обращении, неизбежно влечёт отторжение. Не думаю, что привить топонимику на латинке или полностью вытеснить русский мовой когда-либо удастся.
Оригинал http://www.vesti24.by/общество/о-переименовальческом-идиотизме/
Tags: Беларусь, Минск, критика, мова, общество
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 2 comments